РУС
ENG
 Глава 1 Основы институциональной экономики
Глава 2 Экономическое поведение и институты
 2.1 Ограниченная рациональность
2.2 Рутины и ментальные модели
2.3 Общие ментальные модели и культура
2.4 Нормы и правила
2.5 Институты
2.6 Институты новой экономики

 

Учебник >> Глава 2 Экономическое поведение и институты >> 2.3 Общие ментальные модели и культура

PDF-версия

2.3 Общие ментальные модели и  культура

В этом разделе обсуждаются основные компоненты культуры и ее влияние на экономическое поведение людей. Особое внимание уделяется анализу ценностей как фактора принятия решений различными группами экономических агентов.

В социальных взаимодействиях люди критически оценивают деятельность окружающих, и у индивидов с общими ментальными моделями такие оценки очень схожи. Можно говорить о существовании в обществе определенных ценностей — представлений (на разных уровнях абстракции) о том, что хорошо, а что плохо. Передача оценочных суждений происходит в рамках ментальных моделей и ведет к их корректировке. Ментальные модели, разделяемые обществом в целом, сохраняются культурой этого общества.

Разумеется, экономика действительно состоит из технологий, действий, рынков, финансовых институтов и заводов — все они реальны и материальны. Но в глубине, на самом элементарном уровне, управляют ими, и стоят за этим управлением представления … Они формируют и собирают воедино экономику на макроуровне… Они являются ДНК экономики.

Б. Артур (1995) 15

Основополагающий элемент культуры — ценности (values), поскольку именно они задают вектор деятельности человека. Именно от их характера зависит, какие знания и навыки будет накапливать человек (рис. 2.5).


Рис. 2.5. Компоненты культуры

Подход Хофстеда16, одного из самых известных специалистов по вопросам культуры, в чем-то схож с подходом Норта и Дензау, которые определяют культуру через общие ментальные модели. Хофстед полагает, что во многом поведение человека зависит от его ментальных программ (он «запрограммирован» на их реализацию). Под ментальными программами Хофстед понимает «образцы размышлений, чувств и действий». Он выделяет три уровня таких программ (рис. 2.6).


Рис. 2.6. Три уровня ментальных программ

На нижнем уровне находятся универсальные, схожие для всех индивидов программы. Они наследуются генетически и являются неотъемлемой частью человеческой природы. На среднем уровне находятся те ментальные программы, которые специфичны для конкретной группы индивидов. Они формируются путем социального обучения при постоянном взаимодействии внутри группы. Модели этого уровня Хофстед называет культурой. На самом высоком уровне находятся ментальные программы, специфические для конкретного индивида. Они определяют его индивидуальность, отличают его от других. Частично эти программы наследуются генетически, частично формируются путем обучения.

С точки зрения Хофстеда, наибольший интерес для анализа представляет именно уровень культуры. Для анализа культурных особенностей различных групп он разработал специальную методику, к обсуждению которой мы вернемся в главе «Теория организаций» в контексте организационной культуры и в главе «Институты и институциональные изменения» в контексте межстрановых культурных различий.

Говоря об экономической культуре, как о той части культуры, которая касается экономических взаимодействий, имеет смысл выделить три ее уровня — массовую экономическую культуру, экономическую культуру лиц, принимающих решения на уровне организаций, и теоретическую экономическую культуру. Эти уровни образуют пирамиду экономической культуры17 (рис. 2.7а).


Рис. 2,7а. Пирамида экономической культуры

Первый (нижний) этаж пирамиды — массовая экономическая культура. Это ценности, знания, навыки и представления массы потребителей, массы наемных работников. Это культура лиц, принимающих решения только за себя и  за свою семью. На этом уровне явные знания как элемент культуры практически не оказывают влияния на экономическое поведение, которое обусловлено, в первую очередь, ценностями и навыками. Навыки приобретаются за счет имитации успешных образцов поведения окружающих, причем имитируются они обычно без критического осмысления и оценки. В моменты кризисов социального сознания и резких изменений экономического устройства, когда в обществе идет пересмотр ценностей, такая имитация может стать причиной массового неэффективного поведения, например, участия в финансовых пирамидах. В принципе, не нужно глубоких экономических знаний, чтобы понять, что пирамида существует только до тех пор, пока новые люди приносят в нее деньги, и что она развалится сразу, как только этот процесс прекратится. Однако люди несли деньги в МММ и другие пирамиды, руководствуясь принципом «другие несут, понесу и я».

Еще один пример. В настоящее время большинство россиян не сознает, что хорошо сделанная работа достойна уважения, и для нас сейчас это главная ценностная проблема массовой экономической культуры. Вероятно, корни данной проблемы в том, что многие наши сограждане всю жизнь работали, не получая нормального вознаграждения и уважения за свой труд во времена советской экономики, а еще раньше — при крепостном праве. А ведь очень часто требуется примерно одно и то же время и одни и те же усилия, чтобы сделать какую-то вещь хорошо или плохо!

Второй этаж пирамиды — экономическая культура менеджеров и руководителей организаций (decision-makers), составляющих так называемое управленческое звено организаций. Решения управленцев распространяются уже на десятки, сотни и тысячи людей, которые возложили на них реализацию собственных интересов, делегировав им свое право принятия решений.

Третий (верхний) этаж пирамиды — теоретическая экономическая культура. Это культура профессиональных экономистов. Если в нашей стране миллионы людей вовлечены в массовую экономическую культуру и сотни тысяч — это лица, принимающие решения, то десятки тысяч (не больше!) — это профессиональные экономисты, создающие схемы, которыми пользуются и люди, принимающие решения, и люди массового экономического поведения. Анализируя решения других, профессиональные экономисты сами не принимают решения. Они обобщают и выдают готовые блок-схемы таких решений.

Заметим, что чем выше мы поднимаемся по пирамиде экономической культуры, тем в большей степени принимаемые решения основываются на теоретических знаниях и тем меньшую роль при принятии решений имеют ценности (см. рис.2.7б). Ценности определяют именно массовое экономическое поведение. Ими обусловлены стимулы и конкретные поведенческие ограничения, специфика экономической деятельности и ее результаты. Благодаря этому в одних и тех же экономических условиях и под влиянием одной и той же экономической политики различные группы, принадлежащие к разным культурам, могут развиваться по-разному. Примеров тому очень много — китайские семьи в Таиланде, Малайзии, Индонезии, США, японские диаспоры в Бразилии и США и т. д.

Ценности могут способствовать экономическому росту (как это произошло в США, где успешно развивается китайский семейный бизнес), а могут, напротив, его замедлять (как это произошло в России в начале рыночных реформ, когда ценности, сформировавшиеся в рамках плановой экономики, существенно снижали эффективность новых механизмов хозяйствования). При этом влияние одной и той же ценности может быть прямо противоположным в разные периоды развития. Например, для японцев характерна высокая норма сбережения. Подобное отношение к деньгам сформировалось в тяжелые послевоенные времена и способствовало экономическому росту Японии до тех пор, пока не началась длительная рецессия. Теперь оно стало препятствием: японцы полагают, что при кризисе надо больше сберегать, и даже повышение выплат и субсидий, стимулируемое правительством, не способно заставить их больше тратить.

Вопрос не в идентификации культурных свойств как таковых, а в идентификации политической и экономической среды, в которой эти культурные факторы могут функционировать активно и динамично.

Х. Сяо (1988) 18


Рис. 2,7б. Соотношение компонентов культуры на разных уровнях пирамиды
Итак, ценности — это один из факторов, которые определяют успешность развития экономики. Другим фактором является государственная политика. Она, как и ценности, воздействует на стимулы индивидуальных участников экономических отношений.
Модель: государственная политика, ценности и структура бизнеса в Китае
Модель: государственная политика, ценности и структура бизнеса в Китае19   Свернуть

Рассмотрим экономическую деятельность (отношения обмена) как последовательность взаимодействий между предпринимателями. Эти взаимодействия описываются игрой, матрица выигрышей которой изображена в табл. 2.3.

Табл. 2,3. Отношения обмена
Кооперативное поведение
Некооперативное поведение

Кооперативное поведение

x;y

z;y

Некооперативное поведение

y;z

w;w

Каждый из участников выбирает между кооперативным поведением (подразумевающим поставку товара) и некооперативным (нарушением контракта поставки). Если оба участника выбирают кооперацию, реализуется обмен, в котором каждый участник выступает продавцом своего товара и покупателем чужого. Если один участник выбирает кооперацию, а другой ведет себя некооперативно, имеет место эксплуатация первого вторым.

Выгоды, извлекаемые участниками из взаимодействия, зависят не только от их поведения, но и от государственной политики (в частности, от вмешательства государства в бизнес в той или иной форме). Поскольку взаимодействие повторяется во времени, то на текущие решения участников влияет история их отношений.

Пусть

— ценность товара для продавца;

— ценность товара для покупателя;

— усилия, необходимые для доставки товара покупателю, ;

* — доля благосостояния, которую получает государство в виде налогов (или за счет конфискации), ;

— сумма, которую государство заберет у одного участника и передаст другому в случае эксплуатации.

Будем считать, что существуют сравнительные преимущества от торговли: . Если оба участника в некотором периоде выберут кооперативное поведение, выигрыш каждого из них будет равен . Если поведение обоих некооперативно, выигрыш каждого составит . Если кооперативно себя ведет только один участник, его выигрыш будет равен , в то время как выигрыш другого участника составит.

Итак, при отсутствии государственного вмешательства , и, соответственно, . А как сказывается на результатах деятельности участников вмешательство государства в той или иной форме?

Грабительское государство стремится максимизировать краткосрочные доходы в казну. Поэтому оно не будет поддерживать механизм компенсации, задав и установив максимально возможным. В этих условиях  ,  ,  , . Следовательно, любая доля конфискации, удовлетворяющая условию  , определит соотношение , и при отсутствии стимулов к кооперации поведение участников будет некооперативным.

Государство, защищающее контракты, накладывает на эксплуататора такое наказание, которое делает некооперативное поведение менее выгодным, чем кооперативное, и компенсирует потери другого участника взаимодействия. Здесь политика государства описывается параметрами  и  , а соответствующие выигрыши равны  ,  ,  и  .

Несложно видеть, что при таких условиях кооперация будет иметь место на всем протяжении экономических отношений между участниками.

«Нейтральному» государству, с одной стороны, безразлично, как возникает благосостояние — в результате кооперации или нет. С другой стороны, оно не осуществляет конфискацию в объеме, который повлиял бы на стимулы участников, т. е.  и  . Таким образом, в каждом периоде происходит взаимодействие, описываемое дилеммой заключенных20. Его результат определяется тем, насколько сильны стимулы к кооперации (в частности, каков временной горизонтом отношений).

Используем эти выводы для анализа структуры бизнес-отношений, которые сложились в китайском обществе под влиянием господствующих норм и ценностей.

Государственная политика. С начала 40-ых гг. XIX в., когда в Китае стала развиваться промышленность, и вплоть до конца 40-ых гг. XX в. государство вело себя то грабительски, то нейтрально, а что касается базовых правовых и финансовых институтов, распределяющих риски и защищающих контракты, то они практически отсутствовали. Государство, предоставляя значительную автономию частным предприятиям, тем не менее, не способствовало их развитию. Стабильность бизнес-среды поддерживалась не государством, а торговыми гильдиями. Именно они обеспечивали стандарты и разрешали споры. Но их возможности были ограничены — власть гильдий, по сравнению с властью государства, была мала, и, кроме того, для торговцев был типичен переход на государственную службу, а к концу XIX в. наметилась и обратная тенденция, т. е. происходило сращивание бизнеса и власти со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Из-за неспособности политических институтов обеспечить защиту формальных контрактов, полагаться на них в кооперативных отношениях было нерационально. И все же кооперация достигалась, но не за счет доверия к политическим механизмам, а за счет доверия между индивидами, разделявшими общие ценности.

Ценности. Китайскому обществу присуща конфуцианская система ценностей, основанная на родственных связях. Согласно Конфуцию, люди должны действовать в интересах тех, с кем их связывают родственные отношения, но только если

  • они сами не понесут прямых потерь от такого поведения;
  • их действия не нанесут ущерба тем, с кем у них еще более близкая родственная связь;
  • их потенциальные партнеры в прошлом всегда вели себя кооперативно.

Эти традиционные ценности распространялись и на деловые отношения с момента их возникновения в Китае. Участники взаимодействий старались сузить круг своих партнеров, выбирая их из числа наиболее близких родственников, никогда ранее не замеченных в неподобающем поведении. Более того, тем, кто не разделял изначально конфуцианских ценностей, тоже было выгодно вести себя в соответствии с ними, чтобы их приняли как партнеров. Таким образом, конфуцианские ценности создали платформу для формирования кооперативных отношений и в дальнейшем были перенесены из сельскохозяйственного в индустриальный городской контекст.

В результате, до определенного этапа фирмы в Китае, как правило, были маленькими или средними, и каждая из них контролировалась одной семьей. Эти фирмы не развивались вертикально и при первом же удобном случае делились на несколько независимых фирм, каждая из которых по-прежнему управлялась отдельной семьей, что вполне объяснимо. Действительно, если предпочтение отдается отношениям кровного родства, то через поколение часто начинаются трения между многочисленными родственниками из-за сложности определения степени родства. Однако конфуцианские ценности не задают никакой четкой стратегии для фирмы в целом, и проблема может быть решена только с помощью разделения.

Итак, на стимулы участников отношений к кооперации оказывает воздействие не только экономическая политика, но и общие культурные ценности. Политика, влияя на результаты деятельности, в долгосрочном плане косвенно способствует изменению этих ценностей.


Свернуть

Учебник >> Глава 2 Экономическое поведение и институты >> 2.3 Общие ментальные модели и культура

О проекте
Руководство пользователя
Авторский коллектив
Контакты
Задачник
Учебник
Видео
Форум
Бумажный учебник
Мы в СМИ
Загрузить Econline
Лицензионное соглашение
Технологии